***Случайный знакомый***

Ниче беспомощно оглядывалась по сторонам, пытаясь разглядеть в стремительно редеющей толпе хоть одно знакомое лицо. Нет, его нет. Опоздал, не смог встретить. Как же быть? Она не в первый раз прилетала в Штаты, но на сей раз все было по-другому. Она прилетела не работать, а увидеться с любимым человеком, и жить должна была у него в доме, а не в кричащей безразличной роскошью гостинице. Но он не встретил. Ее рейс приземлился почти час назад, все ее попутчики давным-давно разъехались кто куда, она же продолжала беспомощно озираться по сторонам, пытаясь сдвинуть с прохода неподъемный чемодан, у которого как назло отлетело колесо, так что везти его теперь было невозможно.

С трудом Ниче доволокла его до гигантского окна аэропорта и остановилась, с тоской разглядывая далекий город. Адреса она не знает, телефон молчит - абонент недоступен. Неужели придется ехать в какой-нибудь мотель? А если с ним что-то случилось:
-Excuse me, are you from that plane from Moscow?

Ниче, не оборачиваясь, поморщилась излишне резкому произношению, за километр выдававшего иностранца, процентов на восемьдесят - из бывшего СССР. Ее нежные ушки профессионального переводчика подобные звуки всегда коробили, она искренне не понимала, почему большая часть русских если и может связать два слова по-английски, то делает это так, что хочется плакать. Согнав с лица недовольное выражение, она повернулась и увидела перед собой растрепанного молодого человека, сжимающего в руке ключи от машины. Вид у него был такой, словно его подняли непосредственно с постели: мятые джинсы, футболка не намного лучше, прическа типа <я упала с самосвала>, да и сам он выглядел не лучше своей одежды - запыхался, щеки горят, глаза сверкают. Как есть опоздал кого-то встретить. Ниче вздохнула: сегодня это что-то слишком часто.
-Yes, I am, - на своем безупречном английском произнесла она. - But I'm afraid it landed about an hour ago·.

Возникшее на его лице выражение паники было до того комичным, что Ниче не смогла сдержать улыбки. Впрочем, улыбка ее сразу же погасла, уступив место вздернутым бровям, едва только парень выдал на великом и могучем такое, что у нее кровь прилила к щекам. Он перехватил ее взгляд и очевидно смутился.
-Простите, я не подумал, что вы русская, - растеряно протянул он, опустив глаза. - Извините.
-Ничего, - Ниче уже пришла в себя. - Я и сама виновата, мне следовало сразу сказать, что я распознала в вас соотечественника.

Тут уж он удивленно рассмеялся:
-Надо же! Так вы сразу поняли, что я русский?
-Да, - девушка кивнула. - У вас акцент очень характерный. От этого почти никто из наших избавиться не может.
-Кроме вас, - галантно заметил он. - Вас я бы в жизни не вычислил.

Ниче вежливо кивнула, возвращаясь к своим невеселым мыслям. Парень тоже, очевидно, задумался о том, кого он не встретил, и погрустнел. В этот момент раздалась призывная трель телефона, и она полезла за ним, проклиная все на свете, в первую очередь вечный хаос внутри сумочки. Молодой человек отошел на пару шагов и оттуда наблюдал за ее мучениями. Наконец телефон был извлечен.
-Алло, - запыхавшись, произнесла она.
-Зайка, ты где? - раздался знакомый голос.
-В аэропорту тебя дожидаюсь, - не слишком любезно ответила она, выдавая накопившееся раздражение.
-Как в аэропорту? Твой рейс должен был прилететь вечером, я сам узнавал.
-Да? Ну, видно, тебя обманули. Во всяком случае, я уже здесь почти час, думала ты вообще сквозь землю провалился.
-Кисунь, не сердись, я сейчас за тобой приеду.
-А ты где?
-В центре:
-В центре?! Боже, сколько же мне еще тут торчать?
-Я постараюсь поскорее. Люблю тебя.
-Да, - она как-то разом сникла. - Я тебя тоже.

Связь прервалась. Ниче с тоской убрала телефон и без сил опустилась на чемодан. Опять ждать, а ждать она ненавидела.
-: Я: откровенно говоря, я опоздал, - донеслось до нее со стороны окна.

Ниче обернулась. Оказывается, молодой человек все еще был тут и тоже общался с кем-то по телефону. Лицо у него было довольно несчастное.
-Коля, но она же убьет меня, ты же ее знаешь! Я после тренировки хотел сразу поехать, но Вик меня затащил в этот чертов боулинг, и я забыл совсем. Приехал, а рейс час назад как сел. И: что? - несколько мгновений он сосредоточенно слушал. - А ты не можешь это проверить? Ну спросить там у нее как-нибудь, только не говори, что я так тормознул, ладно? Давай.

Он отключился и неожиданно для Ниче со злостью пнул ногой ни в чем не повинное стекло. Для нее такое поведение было чем-то из ряда вон, она привыкла всегда прятать свои чувства. <Интересно, чем он тут занимается?>, подумала она, <Должно быть, сын богатеньких родителей развлекается>. Телефон в его руке вновь зазвонил.
-Да! - некоторое время он сосредоточенно слушал, и по мере поступления новостей лицо его светлело на глазах. - Это точно? - повеселев, переспросил он и посмотрел на часы. - Спасибо, Колян, ты меня спасаешь. Пока!

Спрятав телефон в карман, он огляделся и вдруг подошел к ней, широко улыбаясь.
-Послушайте, человек, которого я должен встретить, прилетит через час другим рейсом. Вы, я вижу, тоже кого-то ждете. Может, посидим пока в кафе, вместе веселее, что скажете, а?

Он говорил со скоростью сто слов в минуту, словно боясь, что его прервут и отправят куда подальше. Ниче с сомнением поглядела на него, но в его глазах была такая неподдельная надежда, что девушка сдалась, так и не увидев подвоха.
-Ладно, только не далеко, меня должны забрать наконец отсюда. -Отлично! - он просиял. - Давайте я помогу вам.

Он легко поднял ее не сдвигаемый чемодан, правда слегка поморщился, будто вспомнив о чем-то, и поставил его на место.
-Простите, я должен беречь спину, - пояснил он в ответ на ее недоуменный взгляд. И тут же, не дав ей опомниться, неуловимым жестом подозвал носильщика с тележкой. Дав парнишке двадцать долларов, он жестом отпустил его прочь и преспокойно двинулся вперед, везя тележку с чемоданом перед собой.

Ниче пошла за ним со смешанными чувствами, основным из которых было сожаление. Зачем она поддалась и пошла с ним? Какой-то странный тип, спину он видите ли должен беречь, футы-нуты. К тому же в его растрепанных темно-русых волосах мелькали золотистые осветленные прядки, а Ниче очень не любила, когда парни что-то делали с цветом волос. Ей это казалось недостатком мужества. Впрочем, назвать этого парня женственным язык бы не повернулся, слишком уж сильна была мужская аура, исходившая от него, ощутимая даже сквозь слои обаяния и веселости. В конце концов Ниче махнула на это рукой, ей всего-то надо будет часик скоротать, все не так скучно, как одной на чемодане сидеть. Пусть его, этого парня, с его трогательной заботой о себе. Пускай его мамочка с этим разбирается.

Они вошли в кафе и заняли уютный столик у борта. Бросив взгляд на сбивающихся с ног официанток, он поинтересовался у Ниче:
-Что ты будешь?

Она пожала плечами, на мгновение задумавшись. Потом произнесла:
-Пожалуй, выпью крепкого кофе.
-О'кей, - он кивнул и пошел к стойке.

Невольно провожая его взглядом, Ниче отметила странную плавность его движений. Он не шел, а словно бы тек по полу, каждое движение, каждый жест отточенный и четкий, будто нарисованный. Ниче была заинтригована, кто же он такой, ее странный знакомый? Уж не влипла ли она в историю?

Задумчиво разглядывая рисунок на стене, она не заметила, как он вернулся с двумя чашками ароматного кофе. Придвинув одну к ней, он улыбнулся, и она против воли улыбнулась в ответ.
-Спасибо.
-Не за что. Кстати, давайте познакомимся наконец. Меня Леша зовут, а вас?
-А меня Вероника, только я не люблю, чтобы меня так называли. Обычно все меня Ниче зовут.

Он кивнул.
-Можно <на ты>, Ничь? Лет пять назад мы бы с тобой выглядели преглупо, пытаясь <на вы> общаться.
-Наверно, - теперь уже кивнула она, с наслаждением делая глоток. - Ты давно в Америке?
-О, - он неопределенно махнул рукой. - В первый раз приехал очень давно, еще совсем пацан был. А жить стал пару лет назад.
-Так ты тут живешь?
-Ну, не совсем, - он замялся. - Понимаешь, я как бы тут работаю, но у меня такой график, что пришлось получать Грин-кард и в Россию ездить в гости.
-Так у тебя Грин-кард? - удивилась она, зная, как трепетно американцы расстаются с этим документом. - Ты ученый, что ли?

Он рассмеялся, и она тут же покраснела, осознав глупость своего вопроса. Действительно, какой из него ученый, он же по виду типичный разгильдяй, книжки в глаза не видевший. Хотя всякое бывает:
-Нет, - он покачал головой. - Я спортсмен. Здесь тренируюсь.
-Аа, - протянула она. Все встало на свои места.
-Да, - он кивнул. - А ты надолго сюда?
-Сейчас на месяц. Надеюсь погостить у своего парня, если он наконец соизволит объявиться. А вообще-то я частенько в Нью-Йорк в командировки мотаюсь, я переводчик в юридической фирме. Правда, последнее время все больше во Францию посылают, вот и прилетела сюда в отпуск.

Ниче говорила, говорила и никак не могла остановиться. Она сама не могла понять, почему вдруг ее так потянуло на откровенность с этим совершенно незнакомым парнем, которого она первый и последний раз видит и который к тому же спортсмен, а они, как известно, интеллектом не отличаются. Но он так внимательно слушал, в глазах было столько участия и живого понимания, что она не могла остановиться, рассказывая, как надоело по полгода жить в чужой стране, потому что у нас такому специалисту достойную работу не найти, как надоело жить одной этой работой, когда все близкие и родные за тридевять земель и никого нет рядом:
-А со мной собака живет, - неожиданно произнес он, смущенно улыбнувшись. Ниче поймала себя на том, что от его улыбки у нее слегка захватило дух. <Спустись на землю, подруга, - одернула она себя, - даже не думай об этом>.
-Собака? - переспросила она.
-Да, коккер-спаниель. Хочешь, фотографию покажу?

Она кивнула, и он, вытащив бумажник, достал оттуда забавный снимок симпатичного пса, преданно глядящего в объектив.
-Милый какой, - улыбнулась она.
-Его Лорик зовут, - произнес Леша, ухмыляясь и пряча фотографию. - Точнее, Лоуренс. Но все зовут Лориком. Ох, и устроил же он нам, когда мы его только купили. Я по началу тут совершенно загибался, все приставал к тренеру <Давайте купим собаку!>, а она ни в какую. Наконец согласилась, появился этот друг и все, дом, где мы жили, пропал, Лорик его просто сожрал. Все плинтуса обгрыз, ножки у стола, стол рухнул. Там еще был такой белый ковер в гостиной:

Леша сделал многозначительную паузу, а Ниче засмеялась и замахала на него руками:
-Не продолжай, уже знаю. Хозяева вас не убили?
-Неа, - он покачал головой. - Хотя думаю, им очень хотелось, но мой тренер каким-то чудом их уговорила.
-Постой, так ты что, вместе с тренером живешь?
-Сейчас уже нет, переехал. Да я и сам последнее время тут нечасто появлялся, все мотался, где-то выступал. В олимпийский год всегда много туров.
-Выступал? А ты:
-Ничка! - радостный мужской голос перебил ее.

К ней со всех ног спешил взмыленный Алик, недобро поглядывая на Лешу.
-Привет, - она поднялась на ноги, и они обнялись.
-Ну, вот и я. Ты, я вижу, тут не скучала.
-Да, скоротала время.

Она посмотрела на Лешу, который пристально и немного грустно их изучал.
-Ну, спасибо за компанию, - чуть более сдержанно, чем ей бы хотелось, произнесла она. - И за кофе.
-Всегда пожалуйста, - он вежливо улыбнулся, продолжая на нее смотреть, словно ждал чего-то.

Она в свою очередь тоже никак не могла отвести взгляд. Что-то важное казалось ей недосказанным, что-то все время ускользало от нее. Внезапно она с необычайной остротой поняла, что больше никогда его не увидит, и неизвестно почему, но ей вдруг стало безумно жаль себя при этой мысли.
-Ничь? - недоуменно позвал Алик.
-Да, - наконец кивнула она. - Ну пока!
-Пока, - произнес Леша, все также продолжая на нее смотреть.

Еще раз кивнув, она развернулась и пошла вслед за Аликом к выходу.
-Прости меня, зайка, - на ходу затараторил он. - Так глупо получилось с этим рейсом. Я так хотел тебя встретить.
-Да ничего, - заставляя себя переключиться, излишне бодро произнесла она. - Следи за тем колесом, оно:

Но она не успела. Колесо в очередной раз соскочило, и чемодан, накренившись, рухнул, в довершении всех бед, раскрывшись.
-Черт!

Они вдвоем кинулись собирать рассыпавшиеся вещи. Кое-как закрыв створки, Алик принялся возиться с замком, а Ниче обернулась в сторону только что покинутого кафе, привлеченная резким женским голосом.
-:Ты меня никогда не слушаешь по-человечески, - выговаривала невысокая дородная дама ее недавнему знакомцу. - Я же еще вчера сказала, что она полетит другим рейсом, где ты был в это время?
-Татьяна Анатольевна, ну зачем вы приехали? Я бы отлично все устроил сам, - его голос звучал слегка обиженно. - Когда же вы мне доверять начнете?
-Лешенька, я тебе доверяю, - она опустила руку на его взъерошенные волосы. - Просто мне нужно было:

Дальше все звуки для Ниче слились воедино, настолько оглушила ее возникшая из небытия догадка.
-Алик, - слабым голосом позвала она, теребя приятеля за плечо.
-А? - тот поднял голову.
-Посмотри на того парня, с которым я сидела. Ты его не узнаешь?

Алик пристально посмотрел на молодого человека.
-Нет, как будто. Хотя вообще-то, кажется, я его где-то видел. А что?
-Ничего, - она слабо рассмеялась. - Он же сам сказал, спортсмен, а я не догнала:
-Спортсмен? - Алик нахмурился, пытаясь вникнуть в суть происходящего. - Хоккеист наш, что ли? Этот, как его, Буре?
-Да какой Буре! - Ниче рассмеялась еще громче, но тут же хлопнула себя с досады рукой по лбу. - Это же Алексей Ягудин!
-Ягудин, - недоуменно повторил Алик. - Что-то не помню такого. А за какой клуб он играет?

Ниче покачала головой.
-Бывает же, - едва слышно прошептала она.
-Зайка, что с тобой? - обеспокоено спросил Алик.
-Ничего, - она подняла голову, и взгляд ее прояснился. - Пойдем домой.

Она взяла его под руку и двинулась прочь, спиной чувствуя его взгляд, но сдерживаясь на остатках воли: не обернуться, только не обернуться: Она не выдержала перед самым выходом, оглянулась.

Но его уже не было.